№5 (83), Май, 2006: Чьи интересы защищает государственный реестр…

Возвращаясь к начатой в одном из предшествующих номеров теме о порядке представления документов на государственную регистрацию юридического лица, а также изменений, вносимых в сведения о нем (см.: «К вопросу о госрегистрации», К. С. – № 2 (80), 2006 год), хотелось бы остановиться еще на одном вопросе, неоднозначно трактуемом как регистрирующими (налоговыми) органами, так и судебной практикой. Вопрос этот касается круга лиц, которые могут быть заявителями при регистрации.

Оговоримся, что круг таких лиц постепенно сужается – как путем внесения изменений в Федеральный закон «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон), так и путем, прямо скажем, неоднозначной трактовки положений этого закона Федеральной налоговой службой (ФНС РФ). Вследствие чего становятся более строгими формальности, которые необходимо соблюдать при подписании заявления о регистрации.
С 1 января 2004 года исключено положение ст. 9 Закона, разрешавшее быть заявителем при государственной регистрации любому лицу, действующему на основании надлежаще оформленной доверенности. Теперь при создании организации заявителями могут быть только ее учредители, а при внесении в сведения об уже созданной организации изменений – только ее руководитель или иное лицо, имеющее право действовать от имени организации без доверенности.
Большинство споров и разногласий в настоящее время возникает по поводу того, кто вправе быть заявителем при сообщении в регистрирующий орган сведений о новом руководителе юридического лица. В соответствии с п. 5 ст. 5 Закона юридическое лицо обязано сообщить в регистрирующий орган о смене своего руководителя в течение трех дней с момента его избрания, т.е. с момента изменений сведений о руководителе юридического лица. В момент подачи заявления о смене руководителя в регистрирующий орган полномочия прежнего руководителя, сведения о котором содержатся в ЕГРЮЛ, прекращает решением о назначении (выборами) нового руководителя. Законодательство (Гражданский кодекс РФ, Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью») не связывает возникновение либо прекращение полномочий единоличного исполнительного органа с фактом внесения в государственный реестр сведений о нем. Следовательно, прежний руководитель не вправе быть заявителем в соответствии со ст. 9 Закона. Однако по логике налоговых органов, руководитель становится таковым не в силу его избрания или назначения, а в силу внесения записи об этом в ЕГРЮЛ. На практике ФНС РФ настаивает на том, что именно прежний руководитель не просто может, а должен быть заявителем – эта позиция нашла свое отражение в Письме ФНС РФ от 26 октября 2004 года № 09-0-10/4223. Аргументы ФНС таковы – при несоответствии сведений государственных реестров сведениям, содержащимся в документах, представленных для государственной регистрации, сведения, содержащиеся в государственных реестрах, считаются достоверными до внесения в них соответствующих изменений (цитата из Закона – п. 4 ст. 5). В результате: а) заявление, подписанное новым руководителем организации, считается несоответствующим сведениям государственного реестра, т.к. в нем содержатся сведения о новом руководителе; б) достоверными считаются сведения государственного реестра; в) следовательно, с заявлением обратилось лицо, которое не вправе быть заявителем; г) принимается решение об отказе в государственной регистрации. Однако представляется, что указанная норма закона не может применяться в случае, когда в представленном заявлении содержатся сведения иные, чем сведения государственного реестра, именно в силу того, что заявление как раз и подается для внесения изменений в сведения этого реестра.
Решения об отказе, доходящие до абсурда, но мотивированные этими же аргументами, принимаются инспекциями ФНС РФ даже в случаях, если с заявлением обратилось «надлежащее» лицо (т.е. то, сведения о котором содержатся в реестре), но его паспортные данные или место жительства, указанные в заявлении, отличаются от содержащихся в реестре (они изменились, но заявитель вовремя не сообщил об этом регистрирующему органу). Регистрирующий орган в силу довольно своеобразной логики полагает, что заявитель (директор) с теми же именем и адресом, но с другим паспортом (или с теми же именем и паспортом, но с другим адресом) – это не тот директор, сведения о котором содержатся в государственном реестре! Конечно, сообщать в регистрирующий орган об изменении этих сведений надо (за несообщение предусмотрена ответственность – административный штраф в размере 50 МРОТ), но такое несообщение не может влиять на факт государственной регистрации и тем более не является основанием для отказа в ней.
Федеральная налоговая служба мотивирует свою позицию стремлением сократить случаи «захвата» фирм и активно проводимой, но, как показывает практика, не слишком эффективной, борьбой с «однодневками». Действительно, если заявление о государственной регистрации сможет подписать новый директор, то не исключены ситуации, когда та или иная фирма окажется принадлежащей «новым» собственникам и возглавляемой «новым» директором, причем об этом не будут знать ни учредители, ни ее реальный директор, а запись в ЕГРЮЛ уже будет внесена без их ведома, и все это может привести к неправомерному завладению имуществом компании. Однако представляется, что благие намерения пресечь «рейдерство» на его начальном этапе должны осуществляться в рамках закона (при необходимости в него должны быть внесены соответствующие изменения), а позиция регистрирующих органов ему прямо противоречит. Следует отметить, что комментируемая норма закона, позволяющая новому руководителю быть заявителем при регистрации, не является несовершенной и не нуждается в изменении – ведь гражданское законодательство, в отличие, скажем, от уголовного, рассчитано на нормальное развитие оборота и направлено на регулирование поведения добросовестных участников этого оборота, а следовательно, его основной целью является защита интересов именно таких участников, которые не должны страдать в результате попыток пресечь потенциальные правонарушения других лиц.
ФНС РФ указала впоследствии, что при регистрации юридических лиц, в отношении которых установлен специальный порядок государственной регистрации (при представлении документов для регистрации Министерством юстиции РФ, Центральным Банком РФ и их территориальными органами), регистрирующим органам «не рекомендуется» квалифицировать представление заявления, подписанного новым руководителем, как непредставление необходимого документа и принимать решение об отказе в государственной регистрации (см. Письмо ФНС РФ от 7 декабря 2004 года № 09-0-10/4831).
Заявление, как разъясняет ФНС РФ, может быть подписано новым руководителем также и в случаях, когда прежний руководитель умер, объявлен умершим, признан безвестно отсутствующим, а также когда новый руководитель определен решением суда. Этот перечень исчерпывающий. Между тем, проблемы могут возникать и в ситуациях, не связанных с перечисленными обстоятельствами – лицо, прекратившее исполнение своих полномочий, не обязано представлять какие-либо сведения в регистрирующий орган и в ряде случаев может просто отказаться подписывать заявление о государственной регистрации.
Противоречивость и неоднозначность толкования регистрирующими органами положений Закона очевидна. Какую же позицию занимают в решении вопроса о надлежащем заявителе суды? Судебным органам, как можно легко догадаться, также не присуще единообразное понимание норм ст. 9 Закона. Можно привести примеры судебных решений, как первой, так и кассационной инстанций, которые выносились в пользу и заявителей, и налоговых органов (см., напр., решение Арбитражного суда Мурманской области от 11.05.2005, решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.06.2005, постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.09.2005, постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 17.08.2005). Причем нередко один и тот же суд выносит противоположные решения. Арбитражный суд г. Москвы 22 февраля 2005 года отказал в удовлетворении заявления о признании решения об отказе в государственной регистрации незаконным, т.к. посчитал, что заявление должно быть подписано прежним руководителем. А 5 апреля 2005 года он вынес прямо противоположное решение, признав действия регистрирующего органа неправомерными.
Серьезным шагом в преодолении этой неопределенности стало формирование позиции Высшего арбитражного суда РФ (ВАС РФ) по этому вопросу. В двух своих постановлениях от 14 февраля 2006 года ВАС РФ совершенно справедливо указал, что лицо, полномочия которого прекращены компетентным органом управления, с этого момента не вправе без доверенности действовать от имени юридического лица, в том числе не вправе подписывать заявление о государственной регистрации. Следовательно, факт подписания заявления новым руководителем не может служить основанием для отказа в регистрации.
Остается ждать реакции Федеральной налоговой службы на мнение высшего судебного органа...